Меню
16+

«Волховские огни». Еженедельная газета Волховского района

01.10.2015 11:11 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 38 от 02.10.2015 г.

Все остается людям

Воспоминания старейших жителей Усадищенского сельского поселения, переживших страшные военные годы, бережно хранятся в Совете ветеранов и в школьном краеведческом музее. Об одном из ветеранов, Иване Александровиче Яковлеве, уже ушедшем из жизни, здесь до сих пор хранят добрую память.

"Участник Великой Отечественной войны, он 36 лет возглавлял сельскохозяйственное производство в Усадищенской волости — был председателем колхоза "Родина" и директором племсовхоза "Мыслинский". О достижениях мыслинцев знали земледельцы Волховского района и Ленинградской области:  совхоз не раз выходил победителем во Всесоюзном соревновании. За высокие достижения директор хозяйства И.А. Яковлев награжден орденами Ленина, Трудового Красного Знамени и "Знак Почета". Родился и вырос он в д.Охромовщина. Здесь в колхозе, председателем которого был его отец Александр Иванович, и началась трудовая биография. Ваня уже в 12-14 лет смело управлялся с лошадьми: и хлеб убирал, и сено косил, и картошку окучивал. Вспоминая свое детство, Иван Александрович рассказывал: "Когда хлеб убирали, то лошадей на лобогрейках дважды в день меняли, а люди без смены. И мы, подростки, от зари до зари рядом со взрослыми. Учил нас дед Иван Васильевич Генин -мастеровой был человек, кузнец, а когда сев или жатва — в поле выходил. Все у него в руках горело. На работу с песнями шли, женщины в чистых косынках и передниках".
После окончания семилетки Ваня Яковлев поступил в Гатчинское педагогическое училище, но учебу прервала война… В своем родном крае в ноябре-декабре 1941 года он стал партизаном-разведчиком. В апреле 1942 года, в неполные восемнадцать лет, Иван Яковлев попал в действующую армию добровольцем. Воевал на ленинградской земле. Синявинские высоты и болота, Борисова Грива, Ладожское озеро с воющими "мессерами" нал головой, Ольгино, Лахта, Колпино — этапы его военного пути. Командир минометного расчета Иван Яковлев награжден медалью "За отвагу", орденом Славы третьей степени, был дважды ранен и контужен. После госпиталей возвращался в строй и шел дальше на запад. В октябре 1945 года Иван Яковлев вернулся в родное село, где считали его погибшим.
Односельчане избрали фронтовика председателем истощенного войной колхоза, который держался лишь на энтузиазме колхозников, в основном женщин. С утра до ночи председатель мотался по полям, наводил порядок на земле, расширял посевы клеверов, улучшал сенокосы, создавал многолетние культурные пастбища. Всего за одну пятилетку производство молока и мяса в колхозе увеличилось в несколько раз. Подъем животноводства обеспечил колхозу высокие денежные доходы, поднял оплату труда колхозников. Под руководством И.А. Яковлева колхозы деревень Охромовщина, Усадище, Безово, Зеленец, Кроватыни, Теребонижье, Славково, Ясновицы, Мыслино и других объединились в одно крупное хозяйство — племсовхоз "Мыслинский". На посту директора совхоза особенно ярко раскрылся его талант как агронома, так и организатора производства. Иван Александрович Яковлев оставил своим землякам мелиорированные плодородные поля, крупное айрширское стадо коров, жилой поселок, животноводческие комплексы. Мыслинцы помнят его добрые дела".
Так писал о нашем земляке из Усадища волховский журналист Н. Антонов, тоже фронтовик, в своей книге "Под пулеметной пургой". Но Иван Александрович и сам оставил воспоминания, которые были опубликованы ровно 20 лет назад — к 50-летию Победы. Надеемся, что и нынешнему читателю они будут интересны.
"Враг был остановлен у самого порога нашего города. Десятки деревень Волховского района оказались оккупированными, люди пережили страшное время. Войска 4-й армии  К.А. Мерецкова после освобождения Тихвина гнали немцев до реки Волхов, а северная группа войск вышла в тыл немецкой  группировки под городом Волховом. Немцы поспешно отступили под Кириши, боясь окружения. Освободив железную дорогу Тихвин — Волхов и Волховский район, северная группа войск 4-й армии соединилась в районе Кириши — Грузино с основными войсками 4-й армии 27 декабря 1941 года. А до этого при тяжелых боях и отступлении от Киришей до Волхова основной удар приняли на себя тоже войска 4-й армии, группу которых возглавлял генерал, начальник штаба армии П.И. Ляпин.
На мой взгляд, не совсем справедливо, когда в некоторых материалах говорится, что Волхов и волховскую землю спасала только 54-я армия. В связи с подготовкой к юбилею Победы надо не забыть отдать должное воинам 4-й армии, поклониться могилам павших бойцов, которые приняли на себя основной удар немецких захватчиков на рубежах под Волховом и при изгнании врагов с нашей земли. Этой статьей и я хочу отдать им дань памяти. В октябре 1941 года развернулись тяжелые сражения в связи с блокадой Ленинграда. Прорвать ее пытались одновременно встречными ударами войска 55-й и других армий со стороны Ленинграда и 54-й армии от Войбокало в общем направлении на Синявино. Разгромить или отбросить противника не удалось. В середине октября враг нанес сильный и стремительный удар на тихвинском направлении, в результате которого фронт обороны был прорван. 4-я армия отступала основными силами в направлении Будогощь — Тихвин, часть войск — вдоль правого берега реки Волхов. Немцы усилили свои войска тремя дивизиями и техникой, овладели Киришами и активно взяли направление на Волхов. Из-под Синявино из состава 54-й армии под Кириши в 4-ю армию были переброшены две дивизии, но успеха операции им обеспечить не удалось.
Вот что рассказывает об этом командир 1082-го стрелкового полка 310 стрелковой дивизии майор Михаил Михайлович Михайлов: "…23-24 октября 310 стрелковая дивизия заняла оборону в районе деревень Пчева и Витки. Бои были тяжелыми, мы вынуждены отступать, отходили на деревню Рысино и дальше на деревню Замошье. 1084-й стрелковый полк был окружен в Пчеве, штаб полностью погиб. Потрепан был и 1080-й полк. Из трех полков осталось в живых 200-250 человек".
В конце октября жители близлежащих к городу Волхову деревень уже видели зарево пожарищ, фронт приближался. Намеченная эвакуация населения в районе сорвалась, так как со взятием немцами Тихвина выезд на восток был закрыт. В деревнях забивали скот, принадлежащий колхозам, и мясо отвозили в воинские части. Мне самому приходилось отвозить туши животных в Вячково, где в то время действовал аэродром. Оставшееся в амбарах зерно, где успевали, раздавали населению. Жителям деревень Охромовщина и Карпино, где я проживал, а мой отец был председателем колхоза, было выдано по пуду зерна на едока, а всего 20 тонн. Когда немцы вышли в район зареченских населенных пунктов, часть их повернула и лесными дорогами двинулась в направлении Липняги — Жупкино — Теребонижье.
Вышли они к Карпино и Охромовщине — эти деревни были густонаселенными. Зима в тот год была ранней, уже выпал снег, держались морозы. Немцы сразу воспользовались этим: через болотистые места и леса намораживали дороги, проложили связь кабелем. До этого население деревень было предупреждено, что надо уходить в леса, строить укрытия, прятать продовольствие и имущество. Кое-что успели выполнить, однако быстрое появление врагов и развертывание боевых порядков обороны привело население к панике. Люди — старые и малые, с грудными детьми — бросали жилища и убегали в леса, прятались в окопах, в траншеях. У многих не оказалось с собой ни пищи, ни питьевой воды, да еще под огнем. Что пережили сельчане — не трудно представить.
В течение двух дней наши бойцы сдерживали наступление немцев в районе Охромовщины — Карпино, потом вынуждены были отойти. В те дни шли тяжелые бои на подступах к поселку Волхов (Гостинополье), где находились склады с продовольствием и оборонительные сооружения. По отлогому правому берегу Волхова от Ульяшово в направлении Братовище силами местного населения был отрыт большой противотанковый ров. При отходе наших воинских подразделений группой факельщиков поджигались дома. Невыносимо тяжелое зрелище, когда в ночь на 6 ноября горели деревни Карпино, Охромовщина, Подвязье, Леоновщина, а несколькими днями позже деревни Сорокино и Куколь. Была взорвана большая церковь в Усадище. В Карпино из 36 домов целым остался один. Действовал приказ Сталина: все сжигать и уничтожать при отступлении, создавать невыносимые условия врагу. То же делали и немцы. И это называется — война.
В результате сотни и тысячи жителей остались без крова и нажитого скарба, без продовольствия. Мне думается, что это один из просчетов военного времени, и потому о нем стараются умалчивать. Немецкие войска, овладев населенными пунктами Гостинополье, Вельца, Запорожье, Лынна, Веретье, Усадище, Мыслино и другими, "оседлали" железную дорогу Волхов — Тихвин со станциями Куколь и Мыслино. После этого окопались и прекратили наступление. Лишь иногда проходили бои местного значения, действовала разведка. Например, деревня Вячково неоднократно переходила из рук в руки. Разведка немцев доходила за Куколь до Заднево.
Обстановка складывалась так, что создавалась угроза выхода противника к Ладоге не только через Тихвин, но и в направлении Колчаново — Сясьстрой. Ведь по зимней дороге от Куколя до Колчаново на машинах езды минут 15-20. Генерал армии С.М. Штеменко, описывая обстановку под Тихвином, высказал мнение, что 54-й армии грозило окружение. Об этом пишет и командующий 54-й армии И.И. Федюнинский в своих воспоминаниях "В те дни под Волховом". Только непонятно, почему, описывая сложную обстановку в 310-й стрелковой дивизии, он увязывает это с решением вопроса взрывать или не взрывать Волховскую ГЭС. Ведь 310-я дивизия держала оборону в районе деревни Куколь — левое крыло 54-й армии. И по существу до Тихвина десятки километров были незащищенными.
Вот что писал командир 1082-го стрелкового полка 310-й стрелковой дивизии М.М. Михайлов: "Мы с упорными боями отходим на Усадище — Бор, утром заняли оборону. Среди дня немцы выбросили воздушный десант на станцию Мыслино, а в деревни Усадище и Бор ворвались с танками. Нам пришлось отходить на Куколь. Потери были большие, в полку осталось человек 100. Немцы повели наступление на Куколь и захватили его. В это время было занято Раменье, где оборонялись другие подразделения. Где-то в середине или конце ноября в полк прибыло пополнение, 60-70 человек, в основном моряки. Их одели, накормили, и ночью Куколь был отбит. Днем мы не могли наступать, для этого требовалось много боеприпасов, а их не хватало, и доставка была затруднена. Так мы держали оборону до конца декабря, разгранлинией между нами и немцами была дорога Тихвин — Волхов…"
Если верить бывшему командиру полка майору М.М. Михайлову, а ему нельзя не верить, то о каком сопротивлении и боевых операциях с успешным исходом можно было вести речь. Оборону под Волховом сдерживали гвардейцы 3-й дивизии полковника Н.А. Гагена и 6-й отдельной бригады морской пехоты, переброшенных 10 ноября с Ленинградского фронта, а также моряки Ладожской флотилии. А 310-я дивизия оборонялась в районе деревни Куколь, она была обескровлена.
Освобождением от немецких оккупантов Волховского района, которые в среднем находились здесь 42 дня, мы во многом обязаны северной группе войск 4-й армии, которую в тот период возглавлял талантливый военный руководитель генерал армии К.А. Мерецков. У него был большой опыт ведения боевых действий в лесисто-болотистой местности, обходных маневров и успехов с наименьшими потерями. Овладев 9 декабря Тихвином, Мерецков направляет северную группу войск к Волхову. В военной хронике тех дней сообщалось, что 12 декабря эта группа войск подошла к разъезду Зеленец. А затем, преодолевая сильно пересеченную лесисто-болотистую местность, бездорожье, дивизии 4-й армии вышли в тыл волховской группировки немецких войск. Направление контрударов на противника значится — "через зеленецкие мхи": на деревню Зеленец — Верховина 44-я стрелковая дивизия, на деревню Заднево — Заречье — 377-я стрелковая дивизия, на деревню Мотохово (Киришский район) — 191-я стрелковая дивизия. Это дивизии 4-й армии.
Мне  пришлось быть свидетелем событий и боев того времени, в результате которых вся Спасовщина (деревни Зеленец, Верховина, Ясновицы, Кроватынь, Подвязье, Безово, Славково, Карпино, Теребонижье, Жупкино и другие на 19 декабря (престольный праздник Никола в этот день) были освобождены войсками 4-й армии.
Особенно тяжелыми оказались бои за деревню Зеленец. Для немцев появление наших воинов было неожиданностью. Они думали, что это партизаны. И перебрасывали в Зеленец новые подкрепления. По заявлению местных жителей, возле этой деревни погибло свыше 7000 человек. Возможно, и до сих пор родные ищут их могилы под Тихвином, где воевала 4-я армия. В послевоенные годы солдаты и командиры из-под Зеленца были перезахоронены на Новооктябрьском кладбище в городе Волхове. До сих пор на зеленецких полях механизаторы выпахивают снаряды и мины, а одно поле с восточной стороны деревни и сегодня называют минным.
После Зеленца наши атаковали затерянную в лесах возле реки Лынна деревню Ясновицы. Здесь немцы сопротивлялись, имея не только пулеметы, но и легкие танки. В Ясновицах, где скрывалась наша семья, накануне боев мы с отцом встретили наших разведчиков и передали им сведения о расположении войск противника, местах дислокации артиллерии, штабов, о дорогах и т.п. В результате наступления наших войск немцы поспешно уходили, бросая боеприпасы и снаряжение. Более детальные сведения я передал штабу подразделения, овладевшему деревней Ясновицы.
И заключить свой рассказ хотел бы пожеланием маршала Советского Союза Г.К. Жукова о том, что пока живы очевидцы и участники Великой Отечественной войны, надо больше писать о событиях великого прошлого, о героизме, патриотизме и любви к своей Родине в те годы испытаний и страданий народа».

Новости партнеров

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

568