Меню
16+

«Волховские огни». Еженедельная газета Волховского района

25.02.2016 11:28 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 7 от 26.02.2016 г.

Письма Николая Маркова домой

Письма с фронта до сих пор бережно хранят во многих семьях. У каждого треугольника своя история: счастливая или печальная…

Каждый год Иссадская школа совместно с сельской библиотекой осуществляет несколько краеведческих проектов-исследований. В 2015 году вся работа была посвящена 70-летию Победы. Особенно запомнилась встреча с ветеранами, посвящённая фронтовым письмам.
Письма с войны… Кажется, и сегодня они по-прежнему пахнут порохом и дымом. Они бесконечно дороги, эти пожелтевшие от времени листочки. Само время определило их судьбу — быть исторической ценностью. В них наша история, величие и трагедия войны. С их страниц мы сквозь годы слышим голоса павших, тех, кто не вернулся домой. Письма с фронта до сих пор бережно хранят во многих семьях. У каждого треугольника своя история: счастливая или печальная…

В мае 2014 года Владимир Александрович Аверин принёс в Иссадскую школу 73 фронтовых письма, которые передала ему перед смертью его соседка Клавдия Петровна Гребенькова. Они написаны  её братом Николаем Марковым в 1941-1944 годах.
Мы почти ничего не знаем об этом человеке. Не сохранились даже его фотографии. Остались только фотокарточки его друзей и его сестры.
Николай Марков воевал уже в июле 1941 года. Его письма к матери и сестре — живой голос того времени. Читая их, погружаешься в атмосферу, уже очень далёкую от нас. Люди впервые месяцы войны не получали друг от друга писем. Немцы у Волхова, у Тихвина, и Николай не знает, что с его мамой, сестрой. Может, и в его родной деревне уже немцы.


20.11.41 г.
Привет издалека!

Здравствуй Мама!
Шлю привет  и желаю успеха в жизни.
Во первых строках сообщаю, что письмо получил 20 ноября, а у вас писано 29 сентября. Очень долго шло. Я уже считал, что вас нет в живых. Мама, вы обижаетесь, что я вам не пишу письма. Я уже послал, наверное, штук семь и получил от вас последнее в сентябре и вот сегодня, а то тоже не получал. Получив, так был рад, узнав, что вы ещё живы. Мама! Пиши чаще, может, которое и дойдёт. Сама знаешь, какое сообщение. Не каждое и дойдёт, да и не каждое пропустят, если чего-либо лишнего напишешь. Пиши, если можешь чернилами, а то стирается, не понять слова.

18. 12 41 г.
Добрый день!
Здравствуй, Мама и Клава!
Спешу писать вам письмо, не ожидая от вас ответов на мои посланные письма. Узнав из газет, что от нашей местности противник отбит нашей доблестной армией, считая, что вы ещё находитесь на месте, вот решил черкнуть письмишко и дать знать о себе. Я пока на старом месте, как я и писал, нахожусь в Вологодской области. Служба хорошая. Пока что в тепле, сижу около плиты и пишу. Ну-с, особо нового нет. Я жив здоров, того и вам желаю. Обо мне гораздо не беспокойтесь, лишь бы вы были  в покое.

Горько читать письма 1941-42 годов: в них такая уверенность, что скоро всё закончится, что скоро мы победим. И в то же время тоска по дому, по мирной жизни, по родной деревне, по друзьям, родным, соседям. Одно желание — вернуться домой.


20.12.41 г.
Привет издалека.
Здравствуй Клава и Мама, шлю привет и пожеланий в жизнь.
Не знаю о вас никакой вести, что живы или нет вы, или живы, но где ваше место нахождения. Решил всё же черкнуть немного. Возможно, вы живы и здоровы и находитесь на месте. Даю знать, что нахожусь всё на старом месте, жив, здоров, но сомневаюсь о вас, потому что я и ряд других из дому не получали никаких вестей, хотя из газет видно, что наша местность не так в опасности. Вот  у меня пока и всё. Писем не получаю ни от кого. Временами очень скучаю, дни идут, как годы. Сижу один на кухне и пишу. На улице идёт снежок. Выше в трубе дует, а у меня на сердце горит, разрывает все жилы. Так бы и улетел в родную деревушку. Но ничего не поделаешь, надо закончить начатое, разбить оккупантов, а потом со спокойной душой жить свободно. До свидания, привет родным. Адрес тот же. Николай.

18.4. 42 г.
Всегда с приветом!
Здравствуй, мама!
Привет и желаю всего хорошего  в жизни. Во первых строках сообщаю, что я нахожусь на старом месте. Время проходит всё в работе и напряжении. Это время был в командировке в Вытегре. Жизнь везде одинаковая. Время погоды изменилось. Снег стаял, поют птички, но частично падает снег. Это, наверное, последний. Да мама, часто вспоминаю: вот был бы я дома, ухорашивал бы садик, а теперь не знаю, придётся или нет. Каждую минуту жди смерти.
Но ладно, как-нибудь всё перетерпим и переживём, только быстрей разбить врага и вернуться в живности домой.

20 июля 41 г.
Здравствуй, Мама!
Сижу у озера запечаленный и пишу письма во все стороны. Пиши, как живёшь в дальнейшем, как твоё здоровье, как с питанием. Мама, опиши, получаешь или нет временное пособие.
Пишу вечером, комары закусали. Ну с, пока, родная, не скучай. Мне пока хорошо, а дальше — что будет. Беспокойся о себе больше.

14.5.42 г.
Добрый день!
Здравствуй, Мама и Клава!
Шлю привет и ради скуки, сидя у стола вечером, думая о доме, решил черкнуть вам письмо. Но писать нового нет, но хотя пошлю весточку. Нахожусь всё на старом месте, работаю по-старому. Здоровье ничего. Но одно плохо — надоело. Скорей бы всё кончилось, это побоище, скорей бы выгнать с нашей земли эту нечисть, а то она запоганила всю нашу родную землю.

27.12.42 г.
Добрый день!
Здравствуй, Мама!
Получил от вас письмо. Я был рад. С большой радостью его читал. Позавчерашний день я послал тебе письмо. Да, дорогая, как вы описываете вашу жизнь, я охотно верю. Но что же поделаешь? Всё приходится переживать. Но это не так, наверно, протянется долго. Наверное, как-нибудь слышите или читаете. Успехи идут, враг бежит с большими для него потерями.


В этих письмах очень мало Николай пишет о себе. Все его мысли дома. Он расспрашивает обо всех родных и знакомых, о ком не имеет вестей. Он советует матери и сестре зарезать овец, не жалеть его вещи: или носить, или обменять, только бы они не голодали. Он пытается наладить отношения матери и сестры. Поскольку Анна Алексеевна  была эвакуирована в Регачево, а Клавдия Петровна работала в воинской части и жила в Иссаду, мать чувствовала себя в чужом доме брошенной, покинутой, а выехать не могла. Обижалась, что дочь редко навещает её. Он очень сочувствует сестре и утешает мать. Когда у колхозников забрали коров, оставив по одной на несколько дворов, он пишет, чтобы не переживали: везде так. Он посылает регулярно деньги своей семье, и не только деньги.

1.2.42.г.
Добрый вечер!
Здравствуй,
Мама и Клава!
Спешу сообщить на ваше письмо и открытку, пишу ответ не сразу ввиду моего отъезда, был в командировке. Да, каждый раз получаю, и всё не радуют ваши вести. Но что же? Помочь не смогу. Но это на всё плевать, только бы скорей это всё кончилось, да остаться в живых, да быть здоровыми. Это всё дело нажитое. И ещё вам как-нибудь пробиться за это время. Возможно, не так долго будет. Охотно сознаём, что тяжело мирному люду жить. Мы всё же как-нибудь на всём готовом. Я пока ещё жив здоров, нахожусь на старом месте. …..  Да, вы писали насчёт коровы, такие письма получают и другие товарищи. Ну что же? Что людям, то и вам. Больше писать не знаю что, мыслей не могу сложить.
До свидания. Привет родным. С приветом Коля. На днях пошлю вам денег. Получите, пишите, когда придут. В сумме 100 рублей, сто рублей.

13.3.42
 Нового особо нет. Но я тем рад, хотя вы ещё дома да не так голодны. Из писем товарищей (знаю), то ещё хуже есть. Ну-с, дорогие, живите, ждите, если придётся быть живым. Только бы скорее вывести эту заразу, разбить до единого. Уничтожить, чтоб не было и духу.
Не только деньги посылает Николай с фронта. Например, такая деталь: он посылает бумагу сестре, чтобы она могла писать ему письма. А сестра радостно пишет матери, что обменяла валенки, которые оставили военные девушки, на 25 кг  овса, и радуется, что теперь зимой будет из него варить кисель. И такие факты, конечно, говорят о крайней бедности, в которой жили люди.
Письма 1941-1942 года пронизаны верой в скорую победу, в скорое возвращение домой. В письмах мы узнаём о широком круге общения, постоянно Николай пишет о тех, с кем переписывается, передаёт приветы родне и соседям, о некоторых просит узнать.
В письмах 1943-44 годов уже нет слов о скорой победе, в них все мысли о доме, тоска по дому, тревога о близких, воспоминания о мирной жизни: о клубе, о сцене, о Новом годе, о друзьях. Поражает отношение к близким людям, уважительное отношение к матери, к сестре. В половине писем Николай обращается к матери на Вы, мама пишет только с большой буквы. Постоянно беспокоится о здоровье мамы, утешает её, даёт советы, просит беречь себя, высылает деньги, находит ласковые слова для неё.

21.5.42 г.
Добрый день!
Здравствуй Мама!
С приветом ваш сын Коля. Мама, спешу сообщить на ваше письмо, за которое сердечно вас благодарю. Получив письма, после прочтения я некоторыми фразами был расстроен. Но что же поделаешь! Наверно,  так нужно. Мама! Одно прошу, не убивайся зря, а то я знаю, ты будешь понапрасну много работать. Пока на этом письмо кончаю, буду ждать ответа. Да вот весна на исходе, воспоминания в голове. О прошлой нашей жизни, главное, о своём гнёздышке, как я ухорашивал свой садик совместно с тобой. А теперь, наверно, не узнать. Деревья подросли. Вот как сейчас себе представляю. Привет Клаве. До свидания, моя дорогуша. С приветом твой сын Коля. Сходи на могилку, передай привет папаше, который лежит без забот, без мук.
Как хочется мирной жизни! Какие  необыкновенные, пронзительные слова находит: "своё гнёздышко", "ухорашивал свой садик".

18.1.42 г.
Клав, нахожусь я пока на старом месте. Работаю всё так же. Но работы очень много, а главное один. Трудновато. Но всё ладно, для этого мы призваны.
Да, я рад, что домишко пока в порядке. Возможно, останусь жив, придётся вернуться в своё плохонькое гнёздышко, где провёл детство. Но несчастливые юношеские года пали на нашу долю. Кочующая жизнь идёт быстро. Вот уже и осень близко. Стали листья осыпаться, погода холоднее. Находимся в лесу. Работаю по-старому. Здоровье ничего. Но всё надоело, а конца всему этому не видно. Очень надоело. Нового особо нет. Пишите, чего у вас нового, как живёте, как ваше здоровье, как с питанием.
Есть упоминание и о цензуре, которая вычёркивала строки, а то и отрезала листы.

9 июня 42
Написал, мама, ввиду того что посылаю тебе бумаги и конверт. Клава, в твоём письме зачёркнуто три строки. Не мог понять. Там у тебя писано про питание. Вот я на этом письмо кончаю. Пишу у озерка. Комары мешают, вспоминаю о доме.
До свидания, живи, не скучай гораздо обо мне. Мне пока хорошо. Жди домой вскоре.

22.12.42
Пиши, что нового у вас. Привет всем знакомым. Привет Иссаду. От Клавдии писем не получаю, но ей пишу. Мама, я в каждом письме тебе напоминаю, что обо мне не беспокойся, беспокойся о себе. Сама знаешь из прошлого, как я жил, а также и сейчас живу. Но одно плохо: веселья, как для молодых, здесь мало. Кругом лес. Мама, побереги себя. Возможно, придётся быть в живых, хотя на миг увидеть вас. Уже второй год, как не видимся. Послал бы фотокарточку, но негде сфотографироваться. Но постараюсь сделать перерисовку. Себя вышлю — всё же посмотришь. Вспоминается прошлое, теперь и на сцене не сыграешь. Но это всё вернём, только бы скорее разбить гитлера.

Продолжение следует...

Новости партнеров

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

144