Меню
16+

«Волховские огни». Еженедельная газета Волховского района

14.05.2020 14:36 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 18 от 14.05.2020 г.

История моего деда

Автор: Юлия Аитова

Очень давно хотела я её написать, но всё как-то не складывалось. И вот в этом году дала себе слово, сделать это обязательно к 9 мая.

Мой дедушка Кольцов Виктор Иванович родился в 1907 году в деревне Горка Мгинского (затем Волховского, а ныне Кировского района). Родителей они с сестрой Шурой лишились рано, поэтому жилось трудно. Присматривали за сиротами родственники (причем именно так – присматривали, а не растили и воспитывали). Виктор окончил 4 класса школы. Где и когда он выучился водить машину, доподлинно неизвестно, возможно, когда служил в армии в 1929 году. Итак, стал мой дед шофером. Работал какое-то время на Свирьстрое. Сестра уехала в Ленинград, устроилась там домработницей. Затем в Ленинград перебрался и Виктор. К тому времени он женился на Анастасии Васильевне Никитиной, девушке из той же деревни, что и он. Любил он её давно и сильно, она его тоже, да вот беда – родители отдали Настю замуж за немолодого, но зажиточного мужика, занимавшегося извозом. На свадьбе, по воспоминаниям деревенских, плакала не только молоденькая красавица-невеста, но и многие из гостей – очень уж им жалко было Настеньку. Какое-то время спустя муж пропал, говорили, что придавило его вагоном на железной дороге. И Виктор посватался снова. Получив согласие родителей, молодые люди поженились.

У Виктора Ивановича и Анастасии Васильевны родилось трое детей: дочери Валентина и Вера (моя мама), а почти перед самой войной – сын Геннадий. Жила семья на улице Решетникова, Виктор Иванович был шофером 2 класса, возил директора завода «Электросила». Из довоенной жизни моей маме запомнилось немного, она была слишком мала. Помнит, что папа был строг. Однажды сестрам здорово влетело: их отправили в булочную купить отцу к обеду хлеба, а они по дороге заигрались с подружками на улице и не успели. Запомнилась ручная крыса, которая любила забираться на плечо к отцу, когда он пил чай, и выпрашивать у него сахарок. Летом 1941-го семья выехала на дачу в Горку, да так там и застряла: началась война. В конце августа – начале сентября Анастасия Васильевна решила съездить домой в Ленинград за теплыми вещами для себя и детей, а возвращалась оттуда уже пешком – немцы через станцию Мга прорвались и заняли Шлиссельбург, отрезав Ленинград от всей страны. Месяц по лесам и болотам она добиралась в деревню к детям. В 1941-м Валентине было 8 лет, Вере — 5, а самому младшему — Гене исполнилось два года.

У дедушки была бронь, но он ушел на фронт добровольцем в июле 1941 года. Воевал на Ленинградском фронте в звании сержанта, затем старшего сержанта. На фронте был шофером, командиром отделения отдельной автороты 20-й стрелковой дивизии. В октябре 1941 года 20-я стрелковая дивизия под командованием полковника Александра Павловича Иванова была направлена на самый трудный участок Ленинградского фронта – на знаменитый «Невский пятачок» под небольшим поселком Невская Дубровка в верховьях Невы. Бои за «Невский пятачок» начались 19 сентября 1941 года и носили кровопролитный характер. В 1941 -1942 гг. сержант Кольцов доставлял боеприпасы на передовую в район Невской Дубровки, а с передовой вывозил раненых бойцов и командиров 20-й стрелковой дивизии. Принимал активное участие в эвакуации семей начсостава из Ленинграда. Перевозил по Дороге жизни продовольствие и другие грузы со станции Ладожское озеро в блокадный Ленинград. Несколько раз ему удалось вырваться в Горку повидать жену и детей. Дочери вспоминали, что приезжал с гостинцами, а когда возвращался в часть, сажал их в автобус и вез до окраины деревни. В автобусе все скамейки и поручни были сняты, и девчонки ехали, широко расставив ноги и упершись руками в пол, чтобы не чтобы не упасть на тряской дороге. Как-то раз заезжал он в Горку с эвакуированными ленинградцами. На всю жизнь в памяти дочерей остался автобус, полный очень бледных, изможденных людей.

Несколько раз Виктор Иванович встречался и с сестрой Шурой, которая оставалась в блокадном Ленинграде. Она работала продавцом: резала и выдавала хлеб по карточкам. Однажды Виктор передал ей пакет с пышками, которые напекла для нее Анастасия Васильевна, но Шура их так и не попробовала — пакет по дороге домой отобрал какой-то милиционер. При следующей встрече Виктор вручил сестре пакет с углем. «Зачем мне уголь?» – удивилась сестра, но брат, сердито на нее посмотрев, громко и строго сказал: «Бери УГОЛЬ, на что-нибудь пригодится». А придя домой, Шура обнаружила в пакете вовсе не уголь, а булочки.

Еще запомнилась дочерям такая история. Вместе с ними в доме жила родственница — слепая бабушка Марфа, которая очень хорошо умела гадать на картах. Как она это делала — непонятно, но очень много военных приходило к ней, чтобы узнать свою судьбу. Однажды по неосторожности они чуть не устроили пожар – то ли от керосиновой лампы, то ли от непотушенной сигареты загорелась скатерть. Обратилась к Марфе и мать Анастасии Васильевны и услышала в ответ: «Не гневи Бога, Мария! Алексей твой вернется, Петр Яковлевич придет, а вот Виктору Ивановичу дороги назад нет». Как сказала, так и вышло. В 1949-м году вернулся сын Алексей, от которого всю войну не было вестей, вернулся муж дочери Лины Петр Яковлевич, вернулась дочь Прасковья, служившая вольнонаемной в офицерской столовой, а мой дедушка Виктор Иванович… Но об этом чуть позже.

А пока от него приходили письма: «Здравствуй Настенька, целую вас всех: Валю Веру и Геню… Я пока жив и здоров, настроение очень бодрое, только и всего, что очень соскучился по вам, даже не могу и описать. Как бы я встретил Геню, я сразу предложил бы ему бороться или на кулачки. Так что ты ему скажи, пусть развивается и готовится…». А трехлетний Геня очень любил лошадей. Каждый день по их улице на колодец за водой проезжала полевая солдатская кухня. Боец сажал Геню рядом с собой на облучок, и восторгу мальчишки не было предела!

Осенью 1942г многих жителей Горки отправили в эвакуацию в Тихвинский район. Анастасия Васильевна с детьми попала в деревню Большое болото, которая запомнилась огромным количеством тараканов. Вернулись в Горку только весной 1944-го и обнаружили, что их дома нет на месте. Военные вывезли его в лес и закопали по самые окна. Там находился штаб 54-й армии. Пришлось Анастасии Васильевне с детьми жить у своей матери. Дом долго не разрешали забрать, а когда разрешили, то забирать было практически нечего – изба сгнила. Остатки её продали на дрова.

К сожалению, я мало знаю о боевом пути дедушки. Автобус его прошел за год без аварий, поломок и ремонта более 75 тысяч километров. За образцовое выполнение боевых заданий командования и проявленные при этом доблесть и мужество Кольцов Виктор Иванович 26 мая 1942г. был награжден медалью «За боевые заслуги». В том же 1942г. он стал членом ВКП(б). 15 августа 1942 года 20-я стрелковая дивизия НКВД была передана в состав РККА и переформирована в 92-ю стрелковую дивизию, в составе которой в 149-й отдельной автороте подвоза и продолжал воевать мой дед. В 1943 году он был награжден медалью «За оборону Ленинграда». С 23 декабря 1943 года по 19 января 1944 года Виктор Иванович находился в отдельном батальоне для выздоравливающих в составе все той же 92-й стрелковой дивизии, откуда выбыл в 51-й автополк. Погиб он в апреле 1945г. в 100 километрах от Берлина. В машину, которую вел Виктор Иванович, попал снаряд. Последнее письмо от него бабушка получила уже после похоронки, 30 апреля.

9 мая был солнечный и теплый день – то, что нужно для такого праздника. В шесть утра в двери с радостным криком «Победа! Победа!» застучала дежурная (в передней части избы находился отдел НКВД). Анастасия Васильевна заплакала, а вместе с ней и дети. Впоследствии замуж она так и не вышла, хотя возможность была и не единожды – бабушка была красива, к ней многие сватались. Растила своих ребят одна. После войны ездила она со старшей дочерью в Ленинград на завод «Электросила», где работал дедушка, чтобы оформить пенсию. Зашла и на улицу Решетникова. Дом, в котором они жили раньше, был наполовину разрушен, но та часть, где была до войны их квартира, уцелела. Вернувшись домой, стала держать с детьми совет – оставаться в деревне или ехать в Ленинград. Дети, привыкшие к деревенской жизни, захотели остаться, здесь все было знакомо, здесь у них были друзья, здесь жила их бабушка. Анастасия Васильевна не стала возражать, ведь ей с двумя классами образования найти работу в городе было бы нелегко, да и за детьми там было бы некому присмотреть.

В 1947 году в соседней деревне Пиргора она купила старый дом. С помощью соседей и родных его привезли и собрали на новом месте – в Горке. Семья переехала жить от бабушки туда. Анастасия Васильевна продолжала работать в колхозе «Заря коммунизма» за трудодни (там она трудилась 20 лет, по декабрь 1961-го), затем в совхозе «Шумский». Нелегко было. Собирали ягоды, растили картошку, возили все это продавать в Ленинград. На вырученные деньги можно было купить отрез на платье или справить обувку ребятам. В 1965 году она вышла на пенсию, но продолжала работать: наблюдателем поста метеостанции в Дусьево, скотницей на ферме. Вырастила детей, дождалась внуков и правнуков. Иногда, вздыхая, говорила: «Я вот все думаю, что не погиб Виктор, а живет он где-то с другой семьёй». Говорила и сама в это не верила, не в характере деда было обманывать, был он человеком честным, прямым и даже резким. Виктора она продолжала любить всю жизнь, и 9 мая никогда не было для неё праздником, ведь он с войны не вернулся. Умерла Анастасия Васильевна 6 января 1990 года.

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

33