Меню
16+

«Волховские огни». Еженедельная газета Волховского района

16.02.2017 13:55 Четверг
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 5 от 10.02.2017 г.

"Есть в наших днях такая точность": письма комсомольцев - строителей Волховской ГЭС

Автор: Г.Вандышева
кандидат исторических наук

Эти письма являются ценнейшим историческим источником. Они не только рассказывают о событиях Волховстройки (так тогда называлось строительство), но и передают удивительную атмосферу того времени

"Есть в наших днях такая точность,
Что мальчики иных веков
Наверно, будут плакать ночью
О времени большевиков,
И будут жаловаться милым,
Что не родились в те года,
Когда кипела и дымилась
На берег рухнувши, вода.
Они нас выдумают снова:
Косая сажень, твердый шаг.
И верную найдут основу,
Но не сумеют так дышать,
Как мы дышали, как дружили,
Как жили мы, как впопыхах
Плохие песни мы сложили
О поразительных делах…"
Эти строки, написанные Павлом Коганом, невольно приходят на ум, когда читаешь письма комсомольцев — строителей Волховской ГЭС. Несколько лет тому назад в мои руки попали документы о деятельности поискового клуба "Глобус", действовавшего в 1960-е гг. в школе №8. Им руководила Валентина Павловна Романова, учитель истории, а ее дочь, Елена Федоровна, оказалась моей соседкой. Разбирая старые вещи на антресолях, Елена Федоровна нашла альбомы, вырезки, письма, фотографии и любезно передала их мне. Приняв с благодарностью это историческое богатство, я потихоньку начала его разбирать. Наверное, всем историкам-исследователям знакомо это чувство соприкосновения с другим временем и эпохой, когда ты вдруг становишься не сторонним наблюдателем, а участником событий тех далеких лет.
"Ударом в самое сердце" стали письма комсомольцев — строителей Волховской ГЭС, их воспоминания, написанные в 1965-1970гг., видимо, по просьбе ребят из поискового краеведческого клуба. Авторы писем к тому времени уже были пенсионерами, но как же они были молоды душой, сердцем, памятью, верностью идеалам юности, любовью к Волхову! Почти в каждом письме звучат слова, подобные тем, которые написал о Волхове Константин Прокофьевич Пруденский: "Каждый раз, когда приезжаю сюда, волнуюсь, как перед свиданием с родным человеком. Смотрю и не насмотрюсь на знакомый и вместе с тем новый город".
Так я "познакомилась" с пятнадцатью авторами-корреспондентами, но некоторые письма были написаны семейными парами (кстати, сложившимися на Волховстрое) — Рыжковыми Василием Григорьевичем и Елизаветой Федоровной (Сорокиной),  Пруденскими Клавдией Антоновной и Константином Прокофьевичем, Меньшиковыми Татьяной Николаевной (Ловцовой) и Павлом Ивановичем, Перфиловыми Александром Александровичем и Прасковьей Елизаровной. Главное чувство, которое возникает при чтении писем, — это уважение и восхищение. Восхищение не только теми событиями, которые описаны в воспоминаниях, но, прежде всего, той нравственной высотой, на которой они оставались всю жизнь.
Эти письма являются ценнейшим историческим источником. Они не только рассказывают о событиях Волховстройки (так тогда называлось строительство), но и передают удивительную атмосферу того времени, затрагивают важные нравственные проблемы, позволяют эмоционально погрузиться в противоречивую эпоху 1920-х годов. В архиве музея истории города Волхова сохранились фотографии строительства. Строки писем являются замечательной иллюстрацией к ним. Что волновало этих ребят? Чем они жили? Чему радовались и огорчались? Попробуем услышать их. Практически во всех письмах звучит гимн труду, трудовая гордость строителей.
Михаил Антонович Иванов:
"На строительство станции я прибыл по комсомольской путевке Детскосельского укома комсомола вместе со студентами педагогического техникума в июне 1923г. Наша бригада была зачислена грузчиками железнодорожного отдела. Работать приходилось в любое время дня и ночи во избежание простоя вагонов. Грузов прибывало много — стройка сильно разворачивалась. Коллектив строителей в основном составляла молодежь, которая горела желанием быстрее закончить строительство первой в стране гидроэлектростанции, поэтому многие работали по нескольку смен подряд, отдыхали несколько часов и снова работали — в молодые годы усталости не чувствовалось".
Семья Пруденских:
"На трудовом фронте Волховской ГЭС трудилось в среднем до 10 тысяч человек, буквально спасенных от голода и безработицы. За дело болел каждый член нашего коллектива, это был действительно трудовой почерк… Стройка была нашим вторым домом, и эта черта молодости осталась у нас в себе навсегда".
Александр Александрович Перфилов:
"Волхов — это была наша путевка  в жизнь. Очень горжусь, что посчастливилось работать на Волховстрое".
Очень многие авторы пишут о том, как много приходилось учиться, как выстроен был процесс образования на Волховстрое.
Михаил Николаевич Тарасов:
"Отсутствие специального и законченного образования вызывало у молодежи Волховстроя большое влечение к самообразованию, к приобретению знаний, облегчающих повышение квалификации. Работали вечерняя школа, школа партпроса, постоянно действовала организация технической учебы: кружок при клубе (руководил инженер Лавров), проводивший консультации и семинары по рационализации и изобретательству, кружки по овладению узкой специальностью с циклом занятий прямо на месте работы, распространение технической литературы.
Большой спрос на техническую литературу, на учебники удовлетворялся не полностью, т.к. издание их еще только развертывалось в стране. Специалисты пользовались дореволюционными изданиями. Большим успехом пользовались лекции, диспуты, которые проводились специалистами, часто  с демонстрацией опытов, диапозитивов, схем. Такими были цикловые лекции по истории РКП(б), по истории музыки — в сопровождении музыкантов-исполнителей, по литературным произведениям. Хорошо помню я, каким большим успехом пользовались лекции профессора Прянишникова по астрономии, физике и о происхождении Земли. Очень интересными были лекции о гипнозе с демонстрацией опытов. Исключительным вниманием пользовались антирелигиозные лекции, которые проводились систематически".
Ф.А. Ясвоин-Миргас:
"Я работала организатором среди женщин, тогда была такая работа.  Прежде всего, я начала организовывать кружки по ликвидации неграмотности, большинство не умели расписаться. Когда получали зарплату, ставили крестики вместо фамилии. И вот работницы после работы, усталые, мокрые, голодные приходили заниматься, желание было огромное научиться читать и писать. И нужно было видеть эти радостные лица, когда они уже умели читать и писать. Это было мое удовлетворение в работе. Второе мое большое дело, которое удалось организовать, — это ясли на 25 детей. Начальник строительства Графтио дал нам полбарака, и мы открыли ясли. Но работницы были такие отсталые, боялись нести своих детей, пришлось ходить по баракам и агитировать".
Молодежь умела и отдыхать. На Волховстрое открылся клуб, стадион, библиотека, свой театр "Синяя блуза".
Михаил Николаевич Тарасов:
"Клуб был деревянной одноэтажной постройкой. На большой площади перед клубом была летняя открытая сцена, которая использовалась для массовых митингов, праздничных концертов, постановок и кино. Клуб был основным местом отдыха и разносторонней учебы. А на левом берегу, как пережиток старого, в те годы была действующая церковь Михаила Архангела и два трактира, которые среди посетителей имели названия "Не томи" и "Не рыдай".

Опубликовано в №6

Клуб работал ежедневно: кино, театральные постановки драмкружка и ленинградских театров, лекции, собрания, библиотека, читальня со всеми газетами и журналами, постоянные кружки: драматический, живая газета "Синяя блуза", музыкальный духовой оркестр и оркестр струнных инструментов (руководитель Маевский), хоровой (руководитель Каменский), спортивный (руководитель Вараксин), художественный (руководитель Шишкин), технической пропаганды (руководитель Лавров), радио (руководитель Мельников). Коллективы кружков мало изменялись в своем составе. Многие активисты годами отдавали все свое свободное время любимому делу, совершенствовали свое мастерство и кружковцы, и их руководители. Сколько было нужно изобретательности и терпения, чтобы обеспечить постановку подготовленного кружком спектакля. Декорации, мебель, костюмы, парики, реквизиты!
Художественный кружок помогал в исполнении декораций, афиш, готовил к праздникам плакаты, лозунги. Помню: колонны строителей шли на клубную площадь на траурный митинг, посвященный дню смерти В.И. Ленина  21 января 1924г. У колонн были знамена и лозунги, срочно исполненные в клубе. Мы были очень обескуражены допущенной ошибкой: на большом знамени с портретом В.И. Ленина и надписью золотом: "В.И. Ленин — вождь революции" оказалась пропущенной буква "ю". А узнали мы об этом только из фотографии митинга. Все были так подавлены смертью тов. Ленина, что никто не заметил ошибку!
Большой любовью пользовался коллектив "Синей блузы", выделившийся из драмкружка. Это такая театральная постановка, которая содержит сольное и хоровое пение, декламацию, участие музыкальных инструментов и даже оркестров, стилизованное изображение отдельных персонажей (например, поп, монах, буржуй, капиталист, рабочий, крестьянин, инженер, самогонщик, лодырь), спортивные построения как по ходу действия, так и между номерами. Остальные участники коллектива на сцене были в одинаковых синих блузах. В постановках "Синей блузы" участвовали и другие кружки клуба. В программе "Синей блузы" отражалась жизнь страны, политические события и местный материал: достижения и недостатки в ходе стройки, работа общественных организаций, учреждений быта, юмор. Доставалось и посетителям церкви и трактиров".
Константин Прокофьевич Пруденский:
"Футбольное поле редко было "выходным"…Был  у нас отважный футболист, мой однофамилец Сергей Пруденский, но никак не родственник, и его жена Катя. Вот бы теперь узнать о его судьбе.
Ездили на экскурсии в Ленинград, Шлиссельбург. Выезжали сами с концертными программами на Званку, в Новую Ладогу и Гостинополье".
А, между тем, бытовые условия оставались достаточно тяжелыми.
Ф.А. Ясвоин-Миргас:
"Города как такового не было, был поселок, ни дорог, ни панелей (тротуаров). Между бараками были положены деревянные мостки, а где не было мостков, можно было даже в сапогах набрать грязи и воды".
Давыдова Альма Рейновна:
"В 1923г. мы оставили благоустроенную квартиру в Ленинграде и поехали на стройку на Волхов. Вначале мы жили в палатке, потом в деревне Петропавловское (Халтурино) около Петропавловских порогов, которых сейчас и в помине нет, а я еще купалась в них. В 1925г. в Петров день половина домов в деревне сгорела. И мы переехали жить в шатровый барак, их построили для рабочих. Я работала рабочей, а муж инженером. Вечером я преподавала кройку и шитье".
Клавдия Антоновна Пруденская:
"Несмотря на то, что за небольшим исключением все рабочие того времени жили в приземистых бараках, в скученности, быт наш облегчался находчивостью и сметкой рабочих старшего поколения, молодежь-комсомольцы брали на вооружение хорошие примеры. Так, в нашем 92-м молодежно-комсомольском бараке была организована общественная кухня и прачечная. Всю эту работу выполняла тетя Поля. Она у нас была техничка в бараке, общественная кухарка и прачка и, если можно так назвать, воспитательница. При котловом питании мы все были более сытыми и свободными, чтобы заниматься  в клубных кружках. Разные пьянки и дебоши считались большим ЧП".
 Авторы писем вспоминали о многих событиях, связанных с Волховстроем: приезд иностранных делегаций, деятелей Советского государства, пуск ГЭС в 1926г. и т.д. Но чем больше я углублялась в эту работу, тем больше мне хотелось проследить дальнейший жизненный путь строителей Волховской ГЭС. Удалось найти воспоминания К. Пруденского, В. Рыжкова, Т. Меньшиковой, А. Перфилова, К. Кудрова, опубликованные в "Волховских огнях", "Огоньке", "Смене", "Ленинградской правде" в 1960-1980-х гг.  В "Волховской правде" в 1958г. печаталась целая подборка статей А. Ениной о комсомольцах Волховстроя и Новой Ладоги. В музее истории города Волхова сохранились фотографии 1920-х гг. и воспоминания строителей ГЭС, которые еще ждут своей публикации. Все авторы писем "состоялись" в жизни: Н.А. Филимонов получил звание Героя Социалистического Труда СССР, С.В. Избаш стал доктором  наук, профессором; К.П. Кудров — редактором известных в СССР и за рубежом изданий "Московские новости" и "Культура и жизнь", в качестве корреспондента он объездил почти весь мир и был знаком со многими интересными людьми. Военную "карьеру" (им бы очень не понравилось это слово) сделали А.А. Перфилов, М.Н. Тарасов, П.И. Меньшиков, Н.Ф. Меньшиков, П.Ф. Тюленев работал в министерстве РСФСР на руководящих должностях и т.д. Многие мужчины прошли войну, защищали Ленинград и  Севастополь, Москву и Киев, освобождали Варшаву, брали Берлин. Практически все они так же, как и К.П. Кудров, отмечают, что Волховстрой стал для них стартовой площадкой:
"И вот хотя затем мне посчастливилось много "побродить по белу свету", — и на Дальнем Востоке, в Забайкалье, в Маньчжурии, в Монголии, проехать затем всю Северную Африку, — через Каир, Триполи, Касабланку…, побывать в Англии, в Румынии и еще во многих уголках нашей страны и за рубежом, Волхов я никогда не забуду и не забываю…Любовь к нему, к его обрывистым крутым берегам, к его неповторимо голубой воде студеной, к развалинам старинных крепостей, память о трудных, но героических годах стройки все время со мной, в моей душе,  в моей памяти".
Михаил Антонович Иванов:
"На Волховстрое мне пришлось побывать вторично через 38 лет, в 1962г. Я был назначен директором совхоза "Чаплинский". Второе посещение Волховстроя произвело на меня громадное впечатление. Не оказалось убогих помещений станции Званка и исчезли деревянные домишки поселка. Оказавшись на железнодорожной платформе, я был поражен дворцом вокзала и раскинувшимся за ним первоклассным городом. А еще грандиознее я обнаружил на бывших обжитых наших местах. Станция, завод, школы, дома культуры, площади, — все это воскресило в моей памяти наши мечты-надежды. Здесь я еще раз убедился в силе нашего русского духа и тех великих преобразований, на которые вел и завещал великий Ленин. Станция достойно носит имя великого вождя.
Я горд и рад, что хоть маленькая частица моего простого труда , как многих-многих других моих товарищей, вложена в фундамент светлого будущего".
Константин Прокофьевич Пруденский:
"Как видите, ребята, наша дружная работа не пропала даром, стоит и будет веками стоять наша гордость Волховская ГЭС".
Полностью письма комсомольцев — строителей Волховской ГЭС подготовлены к публикации  и  дополнены фотодокументами из музея истории города Волхова. Представляется, что это сделает ближе и понятнее для нас страницы истории нашей ГЭС и нашего города, сохранит невидимую связь между поколениями, уважение к своей стране и ее истории.

Новости партнеров

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

183