Меню
16+

«Волховские огни». Еженедельная газета Волховского района

05.05.2016 10:44 Четверг
Категория:
Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите необходимый фрагмент и нажмите Ctrl Enter. Заранее благодарны!
Выпуск 17 от 06.05.2016 г.

Такая была война...

Автор: В.Захарова
главный редактор газеты "Волховские огни"

Б.Ф. Дзюба

Мой телефонный собеседник представился коротко: Олег Борисович Дзюба, 1937 года рождения, петербуржец, живет в садоводстве "Брусничка". Хочет рассказать о своем отце Борисе Филипповиче  — участнике финской кампании и Великой Отечественной войны.

Философия войны
Назначенная встреча началась с, казалось бы, постороннего эпизода: однажды знакомый поделился с Олегом Борисовичем своей историей. Семнадцатилетним мальчишкой оказался он в пехоте на Лужском рубеже. Враг рвался к Ленинграду, нашим войскам был отдан приказ: "Стоять насмерть!" Из вооружения имелись лишь винтовки и по две гранаты на брата. И тогда командир подразделения велел одну гранату оставить, а вторую сложить в кучу. И приказал сделать три шага вперед коммунистам. Вышедшим из строя — их было человек 10-12 — приказал остановить приближающиеся немецкие танки, а остальных повел за собой — на Ленинград. Здесь прибывших направили на Невский "пятачок", и этот мальчишка в первом же бою, едва ли не первым разрывом снаряда был тяжело ранен и переправлен на другой берег. Начались бесконечные госпитали, потом инвалидность на всю жизнь. "Повезло или не повезло? Благодарить или проклинать судьбу? Счастливчик или жертва?" — этот вопрос всю жизнь мучил человека, который даже в прицел винтовки не видел врага, не убил никого, но всю жизнь носил на себе страшный отпечаток войны…
В конце сентября 1941 года был сформирован 504 полк штурмовой авиации, который базировался на аэродроме у деревни Плеханово. Командиром полка был Федор Захарович Болдырихин, инженером — Борис Филиппович Дзюба. Полк считался резервным, потому что самолетов штурмовой авиации у нас было мало, летная подготовка пилотов была недостаточной. Но так сложилось, что летчики оказались в самом пекле: немец рвался к Ленинграду и Тихвину, бомбил Волховстроевский железнодорожный узел и Волховскую ГЭС. К новому 1942 году из двух десятков Ил-2 оставалось всего три машины. Чуть позже, в мае 1942 года была сформирована 226-я штурмовая авиационная дивизия, основу которой составлял 504-й штурмовой авиационный полк. Именно отсюда начинается славная история Первой гвардейской штурмовой авиационной Сталинградской ордена Ленина дважды Краснознаменной орденов Суворова и Кутузова дивизии.  
Психология войны
Олег Борисович очень сожалеет, что отец мало рассказывал о войне, лишь иногда, лишь какие-то эпизоды. Но именно по этим крохам воспоминаний и можно воссоздать картину тех лет, философию и психологию войны. И это порой не менее важно, чем скрупулезное изучение военной хронологии. Когда шли бои на Дону, одной из групп был дан приказ разбомбить переправу. Командиру звена по каким-то причинам не удалось собрать самолеты в воздухе, и он просто взял и сел на аэродроме, а вслед за ним сели и остальные, приказ остался невыполненным. Пока шло расследование, было приказано вылететь в район Сталинграда, где шла величайшая в истории битва. Чтобы поставить точку в ЧП, инженеру полка Дзюбе объявили строгий выговор. Это был своеобразный компромисс: если бы доискались виновных, те бы угодили под расстрел.
…Когда под Сталинградом окружали войска Паулюса, возникла необходимость перекрыть каналы поставки продовольствия и боеприпасов немецкой группировке. Пилоты должны были научиться выполнять ночные полеты. Самое сложное в таких условиях — посадка. Командир эскадрильи, который выполнял такой полет первым, не смог посадить машину: крылом в темноте задел капонир, и самолет разбился вдребезги.  Дальнейшие полеты отменили, снарядили команду искать тело. "Тело" нашлось само, по громким матюгам: "Ну хоть бы кто догадался фонариком посветить, обозначить полосу для посадки!" Мелочь, казалось бы, но давайте вспомним, сколько стоил самолет и как на каждую машину собирали деньги…
Был печальный опыт, когда в пылу наступления в воздух подняли сразу весь полк, и самолеты из-за несогласованности действий командования ударили по своим… Был еще случай, который мучил Бориса Филипповича до конца дней. На каком-то этапе войны к авиаполку прибился немец. Хороший немец — тихий, добрый, безотказный, очень испуганный. Он долго жил в полку: убирал взлетное поле, чистил картошку, драил котлы, воду носил. Все к нему привыкли. Но вот поступил приказ перебазироваться на новое место. Что делать с немцем, не тащить же его за собой без документов, да и командованию как о нем доложить? Поступили по принципу: нет человека — нет проблемы, взяли и убили немца. Враг он, конечно, но ведь не в бою убили, а просто безоружного человека… Борис Филиппович его кровью рук не замарал, но совесть его мучила всю жизнь. Это к вопросу о психологии войны…

Наследство и наследие
Когда началась война, Олегу Борисовичу было четыре годика. Уезжая на фронт из Харькова, где базировался полк, отец отправил семью в эвакуацию в Чувашию, на станцию Урмары, в маленькую деревню. Там они с мамой и жили в чувашской семье, в маленьком домике, который запомнился насколько невероятной бедностью, настолько же невероятной чистотой: хозяйка до янтарной желтизны натирала деревянную столешницу, лавки и полы. А еще приглашала мальчика на ферму с кружкой, куда наливала парного молочка — выносить на ворота было запрещено.
И вот в одно утро ребенок увидел в окне папу — тот шел по улице к дому. Эта картина шагающего отца навсегда врезалась в память так, что он до сих пор не может вспоминать ее без слез. Тогда отцу дали две недели отдыха после победы под Сталинградом…
Освободили Харьков, и семья инженера Дзюбы вернулась  домой, а он продолжил свой фронтовой путь: освобождал Донбасс, Крым, Белоруссию, участвовал во взятии Кёнигсберга и Пилау, закончив войну 5 мая 1945 года в Восточной Пруссии…В 1954 году, когда в войсках прошли большие сокращения, он вышел в отставку и переехал с семьей в Киев. Борис Филиппович очень гордился своими многочисленными боевыми наградами, они же стали главным и единственным наследством сына после смерти отца. Нет, не наследством — наследием, тем, что наполняет сердце гордостью, тем, что заставляет идти и рассказывать правду о войне. Он считает себя обязанным говорить эту правду на фоне бесконечного и бессовестного вранья, фальсификаций и откровенной лжи. И он хочет успеть выполнить свой сыновний долг — передать память о войне новым поколениям. Нам с вами…

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

72