16+

«Волховские огни». Еженедельная газета Волховского района

Главная / Статьи / На Свирском рубеже
23.10.2017 10:09
  • 159

На Свирском рубеже

В.И. Лиходеев, глава администрации Свирицкого сельского поселения, привез в редакцию исписанную мелким почерком школьную тетрадку. Почти полвека бережно хранили ее сначала юные следопыты, затем — местные жители. Автор, участник боев на Свири, рассказывает о событиях тех далеких лет.

Юным следопытам Свирицкой средней школы от СТИБЕЛЬ Петра Александровича

(г. Ленинград)

Май 1970 года

Краткая история 2 отдельного стрелкового батальона 3-й бригады моряков дважды Краснознам. Балтийского флота

3-я бригада моряков была сформирована во второй декаде июля 1941 года. 2-й стрелковый отдельный батальон (СОБ) был укомплектован в основном из моряковзапаса, живших перед войной в Л-де. Но в СОБ были старшины и сержанты из морской школы оружия им. Сладкова, которая уже тогда была в Кронштадте. Немного было кадровых офицеров из флота, береговой обороны и тыловых подразделений армии, много офицеров из запаса.

17 июля в Ораниенбауме (теперь Ломоносов) 2-й батальон переодели в полевую армейскую форму, выдали на руки винтовки СВТ (самозарядная винтовка Токарева). Выдали патроны, ручные гранаты и посадили в эшелон, который пошел в Ленинград, а дальше в Лодейное Поле. В пути офицеры вместе с матросам и изучали полученные винтовки и их боевые свойства. Наши подразделения ввиду спешности формирования боевой подготовки не прошли, всему пришлось учиться в бою. Морякам пришлось переучиваться ведению боя на суше, да еще и в лесисто-болотистой местности.

19 июля батальон прибыл в Лодейное Поле. Появилось звено вражеских самолетов, но с ними в бой храбро вступил советский самолет-истребитель и разогнал фрицев. Мы высадились без бомбежки и обстрелов.

Прошли через город и по понтонному мосту переправились на северный берег Свири, а там ушли в лес. В лесу выстроили офицеров 2 бат., пришел генерал-майор Голубев и поставил задачу: помочь советским войскам, ведущим бои с фашистами где-то севернее погранпункта, остановить вражеские войска. Были поданы гражданские автомашины, и наш батальон отбыл к Видлице. Здесь в лесу мы и ночевали.

20 июля утром меня вызвали к командиру 2 роты ст. лейтенанту Тихонову и политруку В.Ф.Николаеву. Мне приказали провести разведку во главе группы моряков в количестве 15 человек. Маршрут проходил от пос. Видлица дорогой на дер. Большие Горы. В лесу под деревней мы задержали мужчину в форме советского солдата, но без оружия. Из его опроса выяснили, что в Большие Горы только что вошел финский батальон, усиленный артиллерией. Под конвоем отправили мужчину к командиру 2 роты и продолжили движение разведгруппы. Но вскоре нас догнал связной от командира 3 бригады моряков подполковника Рослова и передал приказ: разведгруппе развернуться в лесу и принять бой, чем обеспечить развертывание для боя всего 2-го батальона. Мы развернулись около дороги. Прибыл мой помкомвзвода со станковыми пулеметами. Мы установили их в лесу на горке, с которой было хорошо видно местность. Наводчик первого пулемета доложил: "Вижу на дереве вражеского наблюдателя с биноклем". — "Уничтожить короткой очередью", — приказал я расчету. Пулемет рявкнул короткой очередью. В это время вражеская пуля взбила землю между мной и лежащим рядом товарищем. "Снайпер!" — крикнул помкомвзвода и сильно пихнул меня в сторону, а сам откатился в другую. Тут же на место, где мы только что лежали, прилетела вторая вражеская пуля.

Командир отделения станкового пулемета сержант коммунист Ваев доложил мне: "Наблюдатель противника убит и упал с дерева. Мы также обнаружили "кукушку" (снайпера), стрелявшую в вас". — "Уничтожить из станкового пулемета", — приказал я. Вскоре вражеский снайпер тоже полетел с дерева.

Было ясно, что враг засек местоположение нашего взвода, и мы перешли на излучину реки у Видлицы, установив пулеметы рядом с дорогой, шедшей из деревни Большие Горы. Сделали мы это вовремя: по высотке, где только что были наши пулеметы, теперь яростно стреляла вражеская артиллерия.

Вскоре Ваев доложил: "Вижу новую "кукушку" на дереве. Разрешите уничтожить?" — "Разрешаю!". Ваев лесом крался к дереву, где сидел снайпер, а весь взвод затаив дыхание следил за ним. Ваев выстрелил трижды и убил врага, но тот и мертвый остался висеть на дереве, так как заранее привязал себя к стволу.

Вскоре наводчик второго пулемета доложил: "Справа от дороги лесом движется отряд вражеских автоматчиков". По приказу разом заговорили все наши пулеметы, они сеяли смерть и панику в рядах врага. Отстреливаясь из автоматов, фрицы ушли в лес и направились к Большим Горам. В этом бою вражеский автоматчик пятью пулями попал в стальной шлем помощника наводчика второго пулемета. Шлем выдержал удар, пули отрикошетили, но матрос получил тяжелую контузию, и его отправили в медпункт. В лесу стало тихо. Но прошло немного времени, и бой разгорелся снова. Шел от позади нас и много левее: враг явно обходил наши станковые пулеметы.

Вскоре около пулеметов появились командир роты Тихонов и офицер — представитель штаба бригады. Было решено: нашему взводу отходить к своим войскам. Мы начали отход лесом, отодвинувшись от дороги. Но не прошли и трехсот метров, как снова столкнулись с вражескими автоматчиками. Мы успели раньше врага открыть огонь и заставили его бежать у деревне. В этом бою был убит командир нашей роты старший лейтенант Тихонов…

Уже к вечеру состоялась атака резерва офицеров нашей бригады, вооруженных автоматами. Врагу снова был нанесен большой урон, и теперь уже он окончательно отступил к деревне Большие Горы. Но правее нашей 3-й морбригады врагу удалось прорваться на юг, к верховьям речки Тулоксы утром 21 июля мне было приказано принять командование 2-й ротой 2 батальона, тут же пришел приказ об отходе на реку Тулоксу. Батальону было приказано, оставив дорогу из Видлиц в Олонец, не пропустить врага на южный берег Тулоксы. Нашей роте дали очень ответственный район обороны у моста. Прибывший в оборону роты генерал-лейтенант Цветаев, выслушав мой доклад, спросил: "А как с мостом?" — "Врага не пропустим, лучше бы взорвать мост, но нечем". — "Мост сжечь! К темноте закончить оборонительные работы!" — генерал сел в броневик и уехал.

В деревне, входившей в передний край обороны 2-й роты, мы нашли две бочки со смолой. Одну из них разлили по мосту, а во вторую добавили керосина, чтобы лучше горело. На мосту появились саперы, стали устанавливать толовые заряды. Затем подожгли смолу с керосином. Горящая смесь потекла по деревянному мосту. В это время на вражеском берегу появился тяжелый броневик и большой отряд автоматчиков. Начался бой за уже горящий мост. Вскоре грянул взрыв, и моста не стало…

Броневик продолжал обстрел нашей роты. Но вот на дороге, на пригорке, появилась наша противотанковая пушка, и между ними началась "дуэль". После пятого или шестого выстрела пушки броневик умолк.

Матросы доложили, что вражеские автоматчики, пользуясь темнотой, переправляются через реку и сосредотачиваются в домах деревни. "Сжечь деревню", — предложил политрук роты Николаев, и на западную околицу была направлена группа матросов. Деревня загорелась ярко и быстро, пытавшиеся выскочить из пылающих домов вражеские автоматчики попадали под автоматный огонь.

Левофланговый взвод роты обнаружил перед собой, в поле спелой ржи, тоже вражеских автоматчиков. Командир взвода Марков приказал взводу открыть огонь и повел своих бойцов на врага. Вскоре фашистские автоматчики были выбиты из ржи и вернулись на свой берег.

Только утром следующего дня утих бой. Врагу был нанесен большой урон. Потери убитыми и ранеными понесли и мы.

Успешно отбили атаки врага также 1-я и 2-я роты нашего батальона. Через несколько дней 2-й СОБ выдели на кратковременный отдых в лесу. Там мы приняли присягу. Отдохнули, помылись и снова ушли на передний край обороны. Теперь батальон оборонялся у Ладожского озера и по южному берегу реки Тулоксы, вверх по ее течению почти до древнего кургана. Перестрелки с врагом случались довольно часто. Подразделения 2-го батальона переправились через Тулоксу у ее устья и закрепились в штабелях леса. Ночью враг поджег эти штабеля, и нам пришлось вернуться на берег.

Немного позже было решено улучшить позиции стрелковой дивизии, оборонявшейся восточнее морбригады. 2-й батальон получил приказ отвлечь внимание врага. Была построена переправа на вражеский берег, и туда переправилась часть моряков, но вскоре им пришлось вернуться назад.

В один из дней в сентябре 1941 года мы услышали сильную артиллерийскую канонаду — много восточнее 3-й морбригады. На нашем участке мы пресекли все попытки врага перебраться на наш берег, но там, где утром была канонада, врагу удалось прорвать советский фронт, и фашистские бронесилы, автоматчики на велосипедах и другие части противника устремились в прорыв — на юг, к Олонцу.

Поздним вечером всех командиров рот собрали на командном пункте, где капитан Шведов и комиссар Афанасьев приказали: "Ротам стоять насмерть!" примерно через час из штаба 3-й морбригады был получен приказ об отходе на юг, к рубежу реки Свири, так как Олонец уже был в руках врага.

С боями, через леса и болота отходила 3-я морбригада, а в ее составе и 2-й отдельный батальон. Был ранен капитан Шведов, пропал без вести комиссар батальона Афанасьев. Командиром батальона стал старший лейтенант П.И. Шумейко, бывший до того, начальником штаба 2-го батальона, а комиссаром — бывший политруком 2-й роты В.Ф. Николаев.

Морбригада переправилась через Свирь в районе Кирпичного Завода и вскоре получила приказ обо обороне устья Свири и вверх по течению реки до рубежа северо-западнее деревни Нижняя Шоткуса. 2-й отдельный батальон в сентябре 1941 года пришел оборонять устье Свири, поселок Свирицу и берег вверх по течению до впадения в Свирь реки Ояти. На остров между реками Руна и Свирь был отправлен усиленный взвод моряков, которые построили оборону, блиндажи.

В октябре 1941 года к этому острову направился на лодках десант вражеских автоматчиков. Моряки встретили лодки врага организованным и дружным огнем, было убито и ранено немало фашистских солдат. Часть лодок затонула вместе с людьми, оставшиеся повернули к лесу на правом берегу Свири и бежали в этот лес. Это был бой, выигранный и за Свирицу, и за Свирь.

Что же происходило в это время в устье Свири и на восточном берегу Ладожского озера? Наши подразделения заняли погранпост — деревню Лисья. Отсюда вдоль берега действовали наши разведчики — группы и отряды. Группа под командованием старшины Кирилла Дорогина, устроив засаду дороге Кут-Лахта — Зубец, разгромила вражеский обоз и привела пленного немецкого офицера. Было установлено, что на берегу Ладожского озера сосредотачивается немецкий горно-егерский полк. Это же подтвердила разведка боем под командованием лейтенанта Владимира Райнера.

Продолжение следует

Если Вы заметили ошибку в тексте, выделите, пожалуйста, необходимый фрагмент и нажмите Ctrl+Enter, чтобы сообщить нам. Заранее благодарны!

Добавить комментарий

Добавлять комментарии могут только зарегистрированные и авторизованные пользователи.

Реклама

Вверх